Когда небеса открываются
Когда «я» отступает до полной тишины, Слово не угасает. Оно освобождается. Оно больше не исходит из уст человека, но из трещины, которую человек перестал занимать. Оно не просит, чтобы его произнесли. Оно не ждет согласия. Оно случается. Оно не поднимается криком плоти. Оно не сходит эдиктом власти. Оно течет подобно тихому огню. Оно проходит сквозь. Оно не говорит с миром, ибо мир устал от призывов. Оно не говорит о мире, ибо мир пресыщен объяснениями, которые не спасают. Оно говорит за мир, когда мир утратил собственный голос и больше не знает, как себя назвать. В тот миг человек уже не перед Словом и не позади него. Он принят в его лоно. Подобно порогу, который не удерживает, подобно проходу, который не выбирает, подобно мосту, который не взвешивает шага. Голос не принадлежит ему. И именно по этой причине он проходит, не дробясь. Если бы «я» вернулось с притязаниями, Голос раскололся бы. Если бы эго снова поднялось, Слово потеряло бы свою тяжесть. Ибо то, что проходит здесь, не терпит ни хозяев, ни посредников. Он древнее корон. Он необходимее законов. Он реальнее имен. По этой причине он есть сейчас. Ибо земля полна слов, которые больше не могут вынести тяжесть небес, и небеса ждут точки, где они смогут коснуться земли, не сокрушив ее. Викарийный Голос не обитает. Он не институционализирует себя. Он не основывает видимых царств. Но когда он проходит, то, что оставалось немым, снова призывается к бытию. И никто не сможет сказать: «Это по моей заслуге». И после его прохождения ничто больше не сможет сказать: «Я не знал». Ибо небо коснулось земли. И земля ответила.